K004120 Дипломная работа Понятие дискурса в лингвистике

Глава 1. Характеристика медицинского дискурса английского языка

1.1. Понятие дискурса в лингвистике

Дискурс (фр. discours, от лат. discursus — рассуждение, довод) — одно из трудноподдающихся определению понятий современной лингвистики, получившее широкое распространение в англоязычной и франкоязычной культурах. Значение слова «дискурс» -речь, выступление, рассуждение. В русском языке, как и во многих европейских языках, этому слову нет эквивалента. Понятие дискурсавключает в себя такие значения как«речь», «слово», «текст», «рассуждение».

Дискурс – комплексный объект с нечётко определяемым понятием в современной лингвистике. О «размытости категории» дискурса говорил Т. А. ван Дейк и объяснял это как условиями формирования и бытования данного термина, так и неопределенностью места дискурса в системе категорий языка [4, с.46].

З. Харрис в статье «Дискурс-анализ», опубликованной в середине ХХ века, трактовал это понятие предельно просто, как последовательность высказываний, отрезок текста больший, чем предложение [11]. Структурно-синтаксический ракурс рассмотрения дискурса находит отражение и в определении В.А. Звегинцева: дискурс «…это два или несколько предложений, находящихся в смысловой связи…» [6, с.171].

Следует отметить, что вышецитируемые определения дискурса в равной степени применимы и к тексту, что явно свидетельствует о неоднозначности восприятия обоих понятий в тот период. Признавалось, что текст и дискурс объединены взаимными иерархическими отношениями включения. Чёткое разграничение понятийдискурситекст ввела французская школа дискурса, уходящая своими корнями в 1960-е годы (Э. Бенвенист, П. Шародо, М. Пешё, П. Серио и др.).

Так, в соответствии с антропоцентрической парадигмой языка, предложенной Э. Бенвенистом во второй половине ХХ века, стало возможным рассмотрение дискурса как «функционирования языка в живом общении». Одним из первых Э. Бенвенист придал словудискурстерминологическое значение и определил его как «речь, присваиваемую говорящим» [2, с.296].

В совместной работе А. Греймаса и Ж. Куртэ «Семиотика. Объяснительный словарь теории языка» рассматриваются одиннадцать употреблений понятия дискурса. При этом текст противопоставляется дискурсу и выступает как высказывание, актуализированное в дискурсе, как продукт, как материя, с точки зрения языка, тогда как дискурс есть процесс [14, с.389]. Такое понимание природы текста и дискурса, то есть трактовкатекста как чего-то «более материального», чем дискурс,вероятно, уходит своими корнямив латынь, где «discursusбыл именем действия, аtextus– именем предмета, результата действия» [5, с.49].

Понимание текста и дискурса как результативной и процессуальной сторон речевой деятельности, соответственно, отражено и у П. Шародо. По его мнению, текст – это «воплощение, наглядное изображение другой речи»; «это неповторимый, единичный результат процесса, зависящего от говорящего и от условий речепроизводства». При этом П. Шародо отмечает, что текст пересекается с множеством дискурсов, каждый из которых, в свою очередь, принадлежит к какому-то жанру и соотносится с какой-то ситуацией» [12, с.69]. В общих чертах дискурс представляется П. Шародо в виде суммы таких слагаемых, как «высказывание» и «коммуникативная ситуация» [12, с.28].

К концу 80-х гг. ХХ века под дискурсом начинают понимать сложноекоммуникативное явление, сложную систему иерархии знаний, включающую, кроме текста, ещё и экстралингвистические факторы - знания омире, мнения, установки, цели адресата - необходимые для пониманиятекста. Также существуют и другие традиции понимания дискурса, в частности традиция, положенная М. Фуко, связанная с включением вконтекст рассмотрения дискурса властных отношений и идеологии, в полекоторых дискурс приобретает социальное значение. В этомслучае под дискурсом нередко понимают, что «язык структурирован в соответствии с паттернами, которые обуславливаютвысказывания людей в различных сферах социальной жизни». Известныепримеры — „медицинский дискурс“ или „политический дискурс“.

В российском языкознании, приступившем к анализу дискурса позже, и уже на базе освоения опыта дискурсивных исследований французской и англо-американской школ, терминдискурстакже вступает в противоречие с предполагаемой однозначностью, свойственной терминологической лексике, и имеет ряд трактовок.

В.И. Карасик понимает под дискурсом «текст, погруженный в ситуацию общения», допускающий «множество измерений» и взаимодополняющих подходов в изучении, в том числе прагмалингвистический, психолингвистический, структурно-лингвистический,лингвокультурный, социолингвистический [7, с.5–6].Н.Д. Арутюнова рассматривает дискурс как «связный текст в совокупности с экстралингвистическими, прагматическими, социокультурными, психологическими и другими факторами», как «речь, погруженную в жизнь» [1, с.136–137].

Дискурс – это явление, исследуемое в режиме текущего времени, то есть по мере его появления и развития, и при его анализе необходимо учитывать все социальные, культурологические и прагматические факторы. Поэтому терминдискурс, в отличие от терминатекст, не применяется к древним и др. текстам, связи которых с живой жизнью не восстанавливаются непосредственно [1,c.136–137]. Однако Е.Ф. Киров предлагает снять последнее ограничение и объясняет это фактом присутствия прошлого в настоящем и его способностью детерминировать многие события в настоящем и будущем. По Е.Ф. Кирову, дискурс – это совокупность письменных и устных текстов на том или ином языке в рамках той или иной культуры за всю историю их существования [8, с.16–24]. Очевидно, что позиция Е.Ф. Кирова близка к выводам Н.Д. Арутюновой в том смысле, что дискурс – это совокупность письменных или устных текстов и ситуации их создания и актуализации.

Е.С. Кубрякова и О.В. Александрова трактуют дискурс как когнитивный процесс, связанный с речепроизводством, созданием речевого произведения, а текст видится им как конечный результат процесса речевой деятельности, имеющий определенную законченную (и зафиксированную) форму [9, с.186–197].

Таким образом, на современном этапе научных лингвистических исследований понятиядискурсаитекстауже не столь часто отождествляются, как это было прежде. В их трактовке лингвисты выделяют ряд различий, которые можно условно разделить на две группы. С одной стороны, понятиядискурсаитекстапротивопоставляются по параметру динамика коммуникации (дискурс)/статика объекта (текст). С другой стороны, отношение текст/дискурс трактуются как отношение часть/целое.

Наиболее подходящим нашему исследованию определением служит понимание дискурса, излагаемое в работах Красных В.В. (7, 113). Согласно Красных, дискурс – это вербализованная речемыслительная деятельность, взятая во всей совокупности лингвистических и экстралингвистических факторов и закрепленная в форме текстов (устных и письменных).

1.2. Типология дискурса: медицинский дискурс как тип институционального дискурса

В силу сложности такого лингвистического явления, как дискурс, проблемным направлением его исследования является выявление его типологии. Проблему типологии дискурса в своих работах так или иначе затрагивали многие исследователи: проф. Карасик В.И., Прохоров Ю.Е., проф. Кашкин В.Б., Рождественский Ю.В., Т. ван Дейк и др.

Традиционным основанием классификации является канал передачи информации. В соответствии с данным критерием, дискурс делится на устный и письменный. Однако, в данном аспекте не все так однозначно. Довольно часто в реальной коммуникации устный и письменный дискурс переплетаются: в процессе общения коммуниканты могут делать какие-то пометки, записи, передавать друг другу отдельные фрагменты информации, оформленные в письменном виде. Все эти факторы позволяют, согласно проф. Кашкину В.Б., выделить гибридный тип дискурса, соединяющий в себе признаки устного и письменного типов дискурса(6, 20).

Развитие современных электронных средств коммуникации привело к появлению совершенно нового способа общения. В связи с этим, Юсупова Т.С. выделяет новый тип дискурса, основанный на электронном способе передачи информации. Это включает в себя обмен сообщениями в чатах, на форумах, общение при помощи мобильных сообщений и т.п.

В настоящее время фактом является то, что дискурс может строиться в форме монолога, либо в форме диалога. Соответственно, принято говорить о монологических и диалогических типах дискурса (Загнитко А. П., Кашкин В.Б. и др). Также Кашкин В.Б. выделяет и третий тип дискурса – дискурса-полилога. (6, 36-37)

Следующим основанием для типологизации дискурса является его ориентированность. В связи с этим выделяют персональный (личностно-ориентированный) и институциональный (статусно-ориентированный) типы дискурса. Карасик В.И., характеризуя личностно-ориентированное общение, связывает его с ситуациями, когда участники общения раскрывают друг другу все богатство своего внутреннего мира и воспринимают друг друга как личности (3, 278). Ученый выделяет две разновидности личностно-ориентированного дискурса: бытовой и бытийный. Бытийный дискурс может быть художественным или филосовским.

Статусно-ориентированное общение наблюдается в тех ситуациях, когда люди выступают как представители той или иной общественной группы и в какой-либо одной роли: политик – избиратель, врач – пациент (3, 278). Статусно-ориентированный тип дискурса иначе называют институциональным, т.е. присущим тому или иному социальному институту. Социальный институт – это «инстанция, которая управляет иерархией статусных ролей, осуществляет статусно-ролевое позиционирование основных субъектов социального института» (11, 93). Институциональный дискурс – это общение, «в рамках которого противопоставляются сложившиеся в обществе типы общения, отражающие специфику соответствующего социального института (3,278).

Классификация дискурса на основании того, на кого направлен дискурс, является общепризнанной, но она не снимает некоторых вопросов. Например, вопросы четкого и безусловного разграничения персонального и институционального дискурсов, определение границы между бытовыми и бытийными дискурсами, установления списка институциональных дискурсов и их соотношения с профессиональными дискурсами.

К изучению дискурса можно подойти с позиции теории поля, согласно которой в каждом типе дискурса можно выделить ядро и периферию. Соответственно, любой институциональный дискурс в качестве периферийных допускает включение элементов персонального дискурса, и наоборот (13, 262). Связь институционального и персонального дискурса во многом проясняется, если рассмотреть ее с исторических позиций. Персональный дискурс первичен, институциональный же – вторичен. Как справедливо указано в монографии «Человек институциональный», «…бытовое общение является генетически исходным и содержит в свернутой форме особенности общения на статусно-представительском уровне… Полное устранение личностного начала превращает участников институционального общения в манекенов, но, вместе с тем, существует интуитивно ощущаемая участниками граница, выход за которую подрывает основы существования того или иного социального института» (12, 679-680). То же можно сказать и о соотношении бытового и бытийного дискурса.

Исходя из вышеизложенного, логичен вывод о том, что институциональность не является ригидной, раз и навсегда заданной характеристикой.

Институциональность носит градуальный характер. Как уже отмечалось, ядром институционального дискурса является общение базовой пары статусно неравных участников коммуникации — учителя и ученика, священника и прихожанина, следователя и подследственного, врача и пациента. Наряду с этим типом общения можно выделить также общение «равностатусных» субъектов: врачей, а также пациентов между собой. На периферии институционального общения находится контакт представителя социального института с человеком, не относящимся к этому институту.

Медицинский дискурс как один из типов институционального дискурса достаточно подвижен и исторически изменчив. К медицинскому дискурсу исследователи относят лекции перед студентами, официальное и неофициальное общение с коллегами и младшим персоналом, общение с пациентами и их родственниками, записи в карточке пациентов, истории болезни, больничные листы, справки. Особое семантическое пространство медицинского дискурса возникло благодаря специфике структурной организации института медицины и формируется в сознании участников коммуникации в результате стереотипов поведения на разных уровнях. Под медицинским дискурсом мы понимаем коммуникативную деятельность в сфере общения «врач-пациент», которая является составным элементом системы институциональных дискурсов и имеет универсальные и специфические дискурсивные признаки.

В нашей работе анализу подвергается только устное общение врача с пациентом. Такое общение представляет собой один из видов институционального (медицинского) дискурса, при котором происходит живое непосредственное общение в рамках института здравоохранения. Устное общение определяется вовлеченностьюучастников в ситуацию общения, синхронизированностью, спонтанностью/подготовленностью, обратной связью.

Уникальность записей устной речи врачей в ситуации профессионального общения в системе «человек - человек» предполагает открытие новых возможностей изучения институционального дискурса.

Конститутивными признаками, позволяющими объективно выделить медицинский дискурс в современной системе институционального дискурса, являются: специфическая цель общения, заключающаяся в оказании медицинской помощи; специфические обстоятельства общения, происходящего в ситуации врачебного приема, обхода, консультации; наличие институциональных символов (специальная одежда, инструменты, личная печать, документация); статусно-ролевая функция участников общения.

Дискурсивная особенность медицинского дискурса по В.В. Журе включает в себя использование шести основных видов компетенций врача:

1) Экстралингвистическая компетенция – это знания о внешних (социальном, культурном, психологическом) контекстах коммуникации, характеристиках общения, целях дискурса;

2) Жанровая компетенция включает в себя информацию о жанровых сценариях и фреймах;

3) Стратегическая компетенция использует речевое воздействие как основное понятие, так как оно реализуется с помощью коммуникативных стратегий и тактик;

4) В речевой компетенции выделяются формы дискурса (нарративы, дескриптивы, императивы и др.), а также типы изложения (дескриптивный, нарративный, директивный и др.);

5) Паралингвистическая компетенция устанавливает знания о просодических средствах (темп, громкость, высота и тембр голоса, особенности артикуляции), а также знания о невербальных компонентах коммуникации (мимика, жестикуляция);

6) Эмотивная компетенция выделяет типичные эмоции пациента и эмоционально-маркированные темы дискурса [3].

Говоря о медицинском дискурсе, как и любом другом виде дискурса, необходимо предложить трактовку характеристик дискурса: участники, хронотоп, жанры, темы дискурса, которые также включают в себя определенные модели поведения и ценности. В.И. Карасик выделяет следующие категории дискурса, на которых основано построение любого типа дискурса:

1) участники общения (статусы и роли участников общения);

2) условия общения (время и место общения коммуникантов);

3) организация общения (мотивы, цели и стратегии);

4) способы общения (канал и жанр общения) [4].

Рассмотрим каждую их данных категорий в отдельности.

Участниками общения в медицинском дискурсе являются врач и пациент. Врач – это человек, использующий свои знания и умения для того, чтобы предупреждать и лечить пациентов, для сохранения и укрепления их здоровья [2]. Пациент – человек, страдающий каким-либо заболеванием и в связи с этим получающий профессиональную медицинскую помощь, а также использующий медицинские услуги [5]. Врач – социальная профессия, предполагается, что человек имеет высшее образование в данной области. Соответственно, в данном случае мы говорим о неравноправном общении, так как пациент по отношению к врачу занимает более низкую ступень с точки зрения медицины. Из этого следует, что мы говорим об институциональном типе дискурса, о котором уже не раз было упомянуто.

Говоря о характеристиках общения, хотелось бы в первую очередь рассмотреть хронотоп. Под хронотопом мы будем, вслед за М.М. Бахтиным и А. Эйнштейном, понимать «спайку пространства и времени» [7].

Если мы обратим внимание на пространственную характеристику, местом медицинского дискурса могут быть кабинет врача, палата в больнице, комната в квартире пациента, место ДТП и др. В нашем исследовании большинство диалогов между врачом и пациентом или его родными будут проходить либо в палате пациента, либо в кабинете врача больниц Америки. Если мы говорим о временных характеристиках, то мы будем анализировать диалоги между врачом и пациентом в современном обществе. Мы не учитываем диахронический аспект медицинского дискурса. В характеристиках общения также стоит упомянуть о пресуппозициях. Пресуппозиция – это то что задано не вербально, а как потаенный смысл какого-либо высказывания, как предварительное знание какого-либо предмета [6]. Л.С. Бейлинсон выделяет множество пресуппозиций медицинского дискурса, среди них: «Медики заслуживают уважения, их рекомендации обязательны для исполнения», «Нужно уметь терпеть боль» [1]. По ее мнению, они напрямую связаны с целями и ценностями медицинского дискурса.