Поиск по каталогу

Библиотека онлайн

H000318 Дипломная работа Предпосылки возникновения «дела Сухомлинова» и предварительное следствие по нему

3400 руб. 1890 руб.

В корзину

Введение


Первая мировая война явилась одним из величайших потрясений для многих стран в начале XX века. Одни страны обрели невиданное доселе могущество (США), другие сдали свои позиции (Великобритания), а третьи погибли (Российская империя, Германская империя, Австро-Венгрия). Эта война стала своего рода площадкой для испытания в действии новых методов ведения боя, а также технических новинок того времени. Помимо того, война оказывала и психологическое воздействие, как на армии, так и на мирное население. Никто из воевавших стран не оказался готов к войне длительностью более 6-8 месяцев, из э¬того расчета и были сделаны необходимые запасы вооружения. Также, надо полагать, впервые в таком масштабе применялись средства и методы информационной войны. И они иногда оказывались гораздо более действенными, нежели пушки, гаубицы и пулеметы.

В России представители политической элиты ряд просчетов высшего военного командования и недостаточную подготовленность военной промышленности решили объяснить происками «темных сил», шпионов и изменников, которых необходимо было найти и публично наказать, тем самым отводя от себя любые подозрения в ответственности за допущенные ошибки. И таковые были найдены.

Таким образом, «внутренний враг» объявлялся для дальнейшей судьбы России губительнее внешнего. Для исторической науки весьма важной, интересной в данном контексте и одновременно недостаточно изученной представляется проблема, связанная с рассмотрением так называемого «дела Сухомлинова». Всестороннее и объективное изучение этого вопроса позволило бы приблизиться к пониманию деталей механизма крушения самодержавия и вскрыть причины и следствия скандального судебного процесса – «дела Сухомлинова», которое способствовало падению авторитета власти и ускорило свержение монархии.

Объектом данного исследования является «дело Сухомлинова», предметом исследования выступает деятельность участников «дела» в ходе подготовки и проведения судебного процесса. Целью настоящего исследования является анализ судебного процесса по «делу Сухомлинова» в контексте поиска организаторами процесса персоны в политической элите страны, с деятельностью которой можно было бы связать поражение России в Первой мировой войне.

Поставленная цель определила необходимость решения следующих задач:

1) Изучить обстоятельства, приведшие к началу судебного процесса над В.А. Сухомлиновым;

2) Проанализировать ход судебного процесса над генералом В.А. Сухомлиновым;

3) Выявить обоснованность и степень политической ангажированности обвинений военного министра в измене.

В ходе исследования применялись общенаучные методы – анализа и синтеза; индукции и дедукции; а также специально-исторические: синхронический, диахронический, периодизации, сравнительно-исторический, проблемно-хронологический. Соединение проблемного и хронологического метода позволило более глубоко проанализировать судебный процесс по «делу Сухомлинова» как завершающую стадию политической борьбы либеральной оппозиции, пришедшей к власти, против свергнутого самодержавия. Применение метода научного анализа дало возможность расчленить крупные вопросы на важные составляющие, выделив из них более мелкие. Данная работа основана на принципах историзма и объективности. Это означает, что факты, события, процессы анализировались в развитии и во взаимосвязи. Исторический материал рассматривался без заранее подготовленных схем, оценочных суждений и конъюнктурных соображений.

Источники, использованные в рамках исследования, можно разделить на две большие группы. К первой относятся делопроизводственные материалы. Неопубликованная их часть представлена архивными документами, которые хранятся в Российском Государственном Военно-Историческом Архиве, в фонде 962 «Верховная Комиссия, учрежденная 25 июля 1915 г. для всестороннего расследования обстоятельств, послуживших причиной несвоевременного и недостаточного пополнения запасов воинского снабжения армии». Дело № 133 содержит интереснейший документ, который дает представление о том, на чем основывались обвинения в адрес Сухомлинова. Это копия анонимного доноса неизвестного «осведомленного» лица на Сухомлинова . Дело № 151 составляют стенограммы судебного заседания за 11 и 12 сентября 1917 года, которые содержат помимо всего прочего, последнее слово обвиняемых . Дело № 156 является записью речи одного из защитников В.А. Сухомлинова – адвоката Захарьина, который достаточно аргументированно опровергает доводы стороны обвинения . Не менее интересным документом является обвинительный акт по делу Сухомлинова, приведенный в двух различных по содержанию экземплярах в деле № 159, благодаря чему становится вполне ясным: в чем же обвинялись В.А. Сухомлинов и его супруга .

Ко второй группе источников относятся материалы личного происхождения. Они представлены, прежде всего, мемуарами В.А. Сухомлинова . В них отражаются многие события из его собственной службы, в том числе описаны мотивы тех или иных совершавшихся Владимиром Александровичем действий. Помимо того, в воспоминаниях содержится богатая характеристика сложившейся обстановки в обществе перед и во время Первой мировой войны. Есть и немало любопытных деталей, позволяющих с разных сторон посмотреть на одни и те же явления и события.

Были привлечены и воспоминания такого государственного деятеля как Сергей Дмитриевич Сазонов, который был в 1910 – 1916 гг. министром иностранных дел имперской России и знал Сухомлинова лишь по государственной службе . Интересный фактический материал есть и в воспоминаниях помощника управляющего делами Совета министров Аркадия Николаевича Яхонтова , московского губернатора с 1909 по 1913 гг Владимира Федоровича Джунковского  и Александра Александровича Мосолова , состоявшего на должности начальника Канцелярии министерства Императорского двора с 1900 по 1916 гг. Воспоминания военных деятелей, таких как – русский военачальник Алексей Алексеевич Брусилов , генералы Александр Сергеевич Лукомский , Михаил Иванович Драгомиров , Александр Федорович Редигер , Николай Алексеевич Епанчин , – ценны тем, что их авторы знали Сухомлинова как военного администратора, так и как офицера действующей армии, в силу того, что все являлись участниками русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг. Достаточно интересные воспоминания о Сухомлинове оставил и протопресвитер военного и морского духовенства Георгий Иванович Шавельский . Из иностранных источников я воспользовалась воспоминаниями Мориса Палеолога, являвшегося послом Франции в России с января 1914 года . Таким образом, у нас имеются воспоминания людей разных профессий, разной степени знакомства с В.А. Сухомлиновым, разного материального и социального положения.

Исследуемая тема нашла отражения в работах авторов, представляющих советскую, постсоветскую, эмигрантскую и зарубежную историографию. В советской историографии наибольшую ценность представляют специальные работы В.А. Апушкина , Д. Сейдаметова и Н. Шляпникова , Н.Н. Яковлева . В.А. Апушкин в своей монографии приводит ценные, но не лишенные предвзятости и однобокости сведения о жизни и деятельности В.А. Сухомлинова. Д. Сейдаметов и Н. Шляпников в совместном сочинении с не меньшей долей тенденциозности характеризуют деятельность Сухомлинова, представляя господствующий в советский период взгляд на проблему, который сводился к безусловному признанию виновности военного министра. Н.Н. Яковлев, не порывая с некоторыми типичными оценками советского периода, пытается по-новому взглянуть на обвинения в адрес Сухомлинова. Можно констатировать, что в советской историографии изучаемой проблемы сформировались две точки зрения: 1) виновности Сухомлинова (Апушкин, Сейдаметов, Шляпников); 2) невиновности Сухомлинова (Яковлев). При этом все упомянутые исследователи сомневались в обоснованности обвинений выдвинутых против В.А. Сухомлинова, а также рассматривали иные, не указанные организаторами процесса, факторы, повлиявшие на развитие данного дела.

Постсоветская историография проблемы представлена работами О.Р. Айрапетова , В.В. Галина , Н.В. Грекова , И.Н. Гребенкина  и Ю.В. Варфоломеева . О.Р. Айрапетов исследовал весьма широкий круг проблем, среди которых: начало участия общественных сил в деле снабжения армии, отставка В.А. Сухомлинова, а также критика ряда утверждений У. Фуллера в изучении «дела Сухомлинова». В.В. Галин и Н.В. Греков подробно не касались рассматриваемой проблемы, а лишь подвергли сомнению виновность Сухомлинова. И.Н. Гребенкин анализирует проблематику взаимоотношений государя, Ставки и Сухомлинова в начальный период войны. Ю.В. Варфоломеев рассматривает деятельность Временного правительства по «делу Сухомлинова», однако ценными в его работе представляются сведения о том, почему рассмотрение дела и передача его в суд растянулись на несколько месяцев. При этом автор настаивает на справедливости выставленных комиссией обвинений в адрес Сухомлинова и его супруги, однако в данной работе нет ни одной ссылки на материалы дела, хранящиеся в РГВИА, автор использует в качестве источников воспоминания очевидцев этого процесса.

Итак, на данном этапе в отечественной историографии отсутствует специальная работа, в которой с учетом мнения предшественников и с привлечением, в первую очередь, архивных материалов был бы дан подробный и обстоятельный анализ «дела Сухомлинова».

Эмигрантская историография представлена работами А.А. Керсновского  и А. Тарсаидзе . А.А. Керсновский приводит свою оценку обвинений в адрес Сухомлинова, подчеркивая заметную роль великого князя Николая Николаевича в возникновении обвинений. А. Тарсаидзе, используя обширные архивные данные и опубликованные материалы, оправдывает бывшего военного министра, показывая необоснованность и постановочность «дела Сухомлинова», а также подчеркивает его политическую составляющую. Однако основное внимание в его работе уделено аспектам непосредственно «дела Мясоедова». Таким образом, эти авторы придерживались концепции «невиновности Сухомлинова».

Зарубежная историография представлена, главным образом, работой У. Фуллера . Он делает грандиозную попытку охватить «дело Мясоедова», а также процесс над генералом Сухомлиновым и связать их с феноменом шпиономании в годы Первой мировой войны. В целом, Фуллер подтверждает концепцию невиновности Мясоедова, однако заостряет внимание читателя на ряде моментов, таких как любвеобильность, взяточничество Сухомлинова, и описывает многочисленные интриги и козни внутри политической верхушки России. Также автор заявляет, что «презумпция виновности» в отношении Сухомлинова явилась прообразом сталинских чисток 1930-х годов. Большим плюсом работы является то, что это первый и, пожалуй, единственный в зарубежной историографии проблемы опыт комплексного исследования «дела Сухомлинова», не лишенный, однако, некоторых недостатков. В рецензии на эту работу О.Р. Айрапетов отметил ряд неточностей и нераскрытых эпизодов у британского историка, а также подверг критике некоторые выводы Фуллера, в том числе его идею о «презумпции виновности» как преддверии большевистской репрессивной практики 1930-х годов. Айрапетов отмечает: «… Сухомлиновская история удалась уже гораздо хуже… Частые ошибки и ограниченное число источников по вопросам, в которых автор явно недостаточно компетентен, подрывают доверие к его слишком масштабным выводам» .

Помимо того, О.Р.Айрапетов утверждает, что реформы Сухомлинова оценивались и оцениваются положительно рядом зарубежных авторов: «Известный американский историк Брюс Меннинг отмечает: «Благодаря сухомлиновским реформам к 1912 году армия, безусловно, была лучше, чем когда-либо в послемилютинский период, готова к проведению наступательных операций». Она подтверждена точкой зрения британского, австро-венгерского и немецкого военных атташе в России в 1911-1912 годах, единодушно считавших, что реформы нового военного министра ведут к быстрому оздоровлению русского военного организма и что в случае их продолжения следует ожидать восстановления боеспособности русской армии в ближайшем будущем. Очевидно, думские либералы не хотели, чтобы результат этого процесса не был напрямую связан с их именем...»  

Хронологические рамки исследования охватывают период с 1909 по 1917 гг. Выбор указанных хронологических рамок обусловлен двумя факторами: назначением на должность военного министра В.А. Сухомлинова в марте 1909 года и завершением судебного процесса над Владимиром Александровичем в сентябре 1917 года.

Данное исследование состоит из введения, двух глав, разделенных на параграфы, заключения и списка источников и литературы.

Глава 1. Предпосылки возникновения «дела Сухомлинова» и предварительное следствие по нему


Для того, чтобы разобраться в предпосылках возникновения «дела Сухомлинова», нужно явственно понимать отношения сложившиеся у военного министра с его окружением, а так же обстоятельства приведшие к началу судебного процесса. Стоит разобраться в состоятельности предъявляемых Владимиру Александровичу обвинений, в истинности предоставляемых против него доказательств. Нужно понимать значимость личностных черт В.А. Сухомлинова, каким человеком он был и какие жизненные обстоятельства привели к формированию вокруг его, несомненно, неординарной персоны столь большого круга недоброжелателей. Военный профессионал, много сделавший для развития армии и подготовки России к Первой мировой войне – В.А. Сухомлинов в конце концов оказался под судом по страшному обвинению в измене и шпионаже. В годы Первой мировой войны такого скандала не было ни в одной из воюющих стран: ведь арестованный занимал пост военного министра, пользовался неограниченным доверием императора. В публицистике того времени слово «сухомлиновщина» стало нарицательным, и употреблялось не менее часто, чем «распутинщина». Был ли Сухомлинов злым гением русской монархии и шпионом? Или напротив стал жертвой клеветы и обстоятельств?


1.1. Факты биографии, приведенные самим В.А. Сухомлиновым в его воспоминаниях


Владимир Александрович Сухомлинов (1848—1926) родился в семье земского исправника Белостокского уезда Александра Павловича Сухомлинова, служившего ранее в лейб-пехотном Бородинском полку . Его детство прошло в офицерской среде, поэтому выбор дальнейшего пути был ясен – военная служба. В 1861 году поступил в Александровский кадетский корпус в Вильно, летом 1863 года, в связи с реформой военного образования и начавшимся польским восстанием корпус был расформирован, а Владимир Сухомлинов был переведён в Петербург в 1-ю военную гимназию.  После окончания гимназии был зачислен юнкером во 2-е военное Константиновское училище, но уже через несколько дней переведён в Николаевское кавалерийское училище, которое окончил в 1867 году .

Выпущен в лейб-гвардии Уланский его величества полк, расквартированный в Варшаве. В 1871 году успешно сдал экзамены и был зачислен в Академию Генерального штаба. В 1874 г. он окончил Николаевскую академию Генерального штаба по 1-му разряду, был причислен к Генеральному штабу и назначен на службу в Штаб войск гвардии и Петербургский военный округ. В том же году Сухомлинов получил чин капитана . Во время службы в Генеральном штабе он познакомился с крупным военным деятелем того времени генералом М.И. Драгомировым, который стал покровительствовать молодому офицеру.

Первую часть своей военной карьеры В.А. Сухомлинов провел в действующих войсках: С 25 октября 1874 — старший адъютант 1-й гвардейской кавалерийской дивизии. С 19 марта 1877 — обер-офицер для особых поручений при штабе 1-го армейского корпуса, командовал эскадроном лейб-гвардии Кирасирского его величества полка .

Вскоре будущему военному министру пришлось поучаствовать в боевых действиях, летом 1877 г. В.А. Сухомлинов был направлен на фронт русско-турецкой войны, в которой отличился при взятии турецкого укрепления «Орлиное гнездо», был награжден орденом Святого Георгия IV степени и золотым оружием «За храбрость» . Первоначально занимался организацией гражданского управления в Тырново, затем был направлен к командующему 14-й пехотной дивизией М. Ф. Петрушевскому. С 15 сентября 1877 года состоял в распоряжении главнокомандующего действующей армией великого князя Николая Николаевича (Старшего) . Сделал ряд рекогносцировок турецких укреплений под Плевной. С 12 октября 1877 по 5 января 1878 состоял в Ловче-Сельвинском и Троянском отрядах П. П. Карцова.

 После заключения перемирия посетил Константинополь, где заразился чёрной оспой и 15 апреля 1878 года на санитарном пароходе «Буг» был эвакуирован в Россию .

После войны в чине подполковника Сухомлинов был назначен правителем дел Николаевской академии Генерального штаба, и, кроме того, много времени занимался и преподавательской деятельностью: руководил практическими занятиями по тактике, преподавал тактику в Николаевском кавалерийском училище и Пажеском корпусе, руководил практическими занятиями по тактике и занятиями дополнительного (3-го) курса . Одновременно Сухомлинов читал лекции по тактике в Николаевском кавалерийском училище и Пажеском корпусе. Также ему было поручено преподавание тактики и военной истории великим князьям Петру Николаевичу и Сергею Михайловичу . За время преподавания в академии Сухомлиновым был написан ряд учебных пособий по тактике.

Периоды штабной службы и преподавательской деятельности перемежались временами службой в действующих войсках. С 25 ноября 1884 — командир Павлоградского лейб-драгунского полка, расквартированного в Сувалках.

С 10 января 1886 года — начальник офицерской кавалерийской школы. Находясь в течение почти 12 лет во главе школы, Сухомлинов положительно повлиял на развитие и усовершенствование техники кавалерийского дела в русской армии. За время руководства школой Сухомлиновым был написан ряд учебных пособий и рассказов, а также историческое исследование о Мюрате. Кроме того, в разное время он сотрудничал с журналами «Разведчик», «Военный сборник» и газетой «Русский инвалид».

С 1898 г. в чине генерал-лейтенанта он служил в Киевском военном округе, начальником штаба при командующем М.И. Драгомирове.

С 25 мая 1899 года Сухомлинов — начальник штаба Киевского военного округа. В штабе округа в это время работали генералы Рузский — генерал-квартирмейстер, Маврин — дежурный генерал, Благовещенский — начальник управления сообщений. Во время Курских манёвров 1902 года Сухомлинов был начальником штаба «Южной армии» из войск Киевского военного округа, возглавлявшейся военным министром Куропаткиным.

С 12 октября 1902 Сухомлинов — помощник командующего Киевского военного округа М. И. Драгомирова. С началом русско-японской войны Куропаткин предложил Сухомлинову занять пост его начальника штаба, но Сухомлинов отказался, так как не был знаком с дальневосточным театром военных действий и сибирскими войсками . После выхода Драгомирова в отставку Сухомлинов был 23 октября 1904 года назначен командующим войсками Киевского военного округа.

Сухомлинов вспоминал, что прибыл в Киев вскоре после прошедшего там еврейского погрома: «То, что я увидел, было ужасно: разбитые окна магазинов, заколоченные двери и ворота, на мостовой – остатки товаров, там и сям – лужи крови. Я понял всю серьезность выпавшей на мою долю задачи... и то личное одиночество, в котором находился...» .

Не менее выразительна и другая зарисовка из его мемуаров:

«Мерами, принятыми генералом Карасом, остававшимся моим заместителем по должности командующего войсками, разнузданность прекратилась, но погромное настроение еще сохранилось. Подол — главное гнездо грабителей, еврейская часть Киева, представлял ужаснейший вид. На улицах было много народа. "Босяк", бывший солдат, узнал меня:

– Смотрите – Сухомлинов, – закричал охрипшим голосом пьяный человек, – не боится... Ну, что же и я никого не боюсь, – а жидов бить будем!

Направив коня в его сторону, я ему ответил: — "Нет, не будешь!" Толпа расступилась.

Прижавшись к стене дома и сняв вдруг шапку, он заговорил другим тоном.

— Виноват, ваше превосходительство, действительно не буду, коли ежели начальство не дозволяет» .

Сухомлинов восстанавливал «порядок», борясь одновременно с погромщиками и революционерами. Но постепенно жизнь вошла в мирное русло, и внимание публики привлекли другие события. Именно тогда к Сухомлинову пришла громкая известность и, к несчастью для него – скандальная. Он познакомился с замужней дамой Екатериной Викторовной Бутович (урожденной Гошкевич) и влюбился в нее. Екатерина была готова выйти замуж за генерала, но супруг отказывал ей в разводе. Началось громкое бракоразводное дело, которое сильно повредило губернатору в общественном мнении. Усугубило ситуацию и то, что супруг Екатерины В.Н. Бутович утверждал, что Сухомлинов угрожал ему .

Известный политический деятель В.В. Шульгин, опираясь на досужие мнения, писал в мемуарах, что Сухомлиновы сфальсифицировали доказательства «вины» Бутовича, а затем организовали похищение компрометирующих их документов . Скандал разразился в 1912 г., когда Владимир Александрович уже занимал пост военного министра. Бракоразводное дело стало предметом обсуждения даже в Государственной думе, где депутаты призвали к ответу министра юстиции И.Г. Щегловитова. «Кто прав, кто виноват – судить не нам, – писал Шульгин. – Разногласия между супругами, как это показывает семейная трагедия Толстых, может разделить весь мир на две половины — одну за Льва Николаевича, другую за Софью Андреевну. Но в данном случае мир не разделился. Слишком уж цинично были попраны закон и правда» .

Несмотря на скандал, связанный с разводом супруги, В.А. Сухомлинов не потерял расположения императора, довольного его деятельностью в Киеве. В 1908 г. он был назначен начальником Генерального штаба, а в 1909 г. – военным министром. Ранее, в 1906 г., Владимир Александрович Сухомлинов был произведен в чин генерала от инфантерии, а затем – генерала от кавалерии .


1.2. Восприятие В.А. Сухомлинова современниками


Мнения, сложившиеся о Сухомлинове и его жизненном пути в воспоминаниях современников и в научных трудах на данный момент, весьма пристрастны и в большинстве своем негативны. Несомненно, возникает вопрос, какую роль сыграло недоброжелательное по отношению В.А. Сухомлинову общественное мнений в судебном процессе.

Для того, чтобы во всем разобраться, необходимо выяснить: каким человеком и государственным деятелем был Владимир Александрович, смог бы он пойти на преступление против государства? Для этого стоит обратить внимание на воспоминания его современников. Важно отметить, что взгляды на него и его деятельность весьма противоречивы, но есть и то, что встречается во всех привлеченных мною воспоминаниях. Все авторы отмечают такое качество Сухомлинова как ум. Даже резко критикующий его Сазонов пишет, что Сухомлинов «человек, несомненно, умный» . Вторят ему и Джунковский, и Драгомиров, по их словам, военный министр «человек умный и образованный, который с полслова понимает суть дела» . Редигер же совершенно не скупится на похвалы в сторону Сухомлинова, говоря о нем, как о «человеке способном, талантливом, ума острого и отточенного, быстро схватывающим всякий вопрос» .

Сухомлинова называли  и прекраснейшим администратором, руководителем и организатором. Не раз встречается у Редигера упоминание о «умении задать подчиненным работу, руководить ими» , а так же и о «умении выбирать среди множества офицеров генерального штаба лиц, которые хорошо выполняли его поручения» . Джунковский в своих воспоминаниях отмечает что, Сухомлинов «отлично умел руководить работой, быстро схватывал и давал указания по существу, представлял собой хорошего администратора» . Упоминает об этом и Епанчин, нарекая Сухомлинова «быстро соображающим и распорядительным» . Встречаем мы такую характеристику военного министра и у Палеолога, который отмечает его «великолепное умение организовывать и управлять людьми» .

Интересную запись, касающуюся отношения Сухомлинова с Николаем II, мы находим в дневнике Мосолова. Она сообщает нам об «умении Сухомлинова овладевать вниманием царя и держать его в напряжении в случае надобности часа два подряд» , а так же и о том, что Сухомлинов «своей бодростью и оптимизмом нравился Государю и импонировал ему» . Французский дипломат М. Палеолог называет Владимира Александровича «рабски почтительным перед императором» .

Так же достаточно часто встречается характеристика Сухомлинова, как человека умеющего располагать к себе людей. Драгомиров, вспоминая его, упоминает о том, что «иметь дело с Сухомлиновым было приятно: он всегда внимателен, вежлив и умеет расположить к себе» .

Рядом с положительными оценками, конечно же, присутствуют и отрицательные. Многие из деятелей той эпохи характерной отрицательной чертой Сухомлинова называют легкомыслие. Об этом пишет и С.Д. Сазонов называя его «юношески беспечным» , и Шавельский, который отмечает что «в нем убийственно было легкомысленное отношение к самым серьезным вещам» . Джунковский особо подчеркивает такое качество Сухомлинова как «отсутствие выдержки и терпения» , это же отмечает и Шавельский говоря о том что «ему недоставало трудолюбия и усидчивости» . Сазонов же категорично писал, что Сухомлинов «тяготился трудом и заставить работать его было очень трудно» . В воспоминаниях Лукомского находим интересное наблюдение, которое касается  умения Сухомлинова разбираться в людях, вернее полного  отсутствия этого умения. Вследствие этого «Сухомлинов часто приближал к себе или сходился с такими людьми, которых нельзя было бы и на порог пускать» . Палеолог же отзываясь об окружении Сухомлинова называет их «негодяями» .

Многие современники обвиняли Владимира Александровича в несостоятельности на посту военного министра, подчеркивая, как, например, Сазонов: «Полное отсутствие качеств необходимых в пору опасных внешних осложнений» , или же как Джунковский обвиняли его в «утрате способности к работе и становлении личных интересов превыше государственных, необеспеченности русской армии во время войны» .

Итак, мнения, касающиеся Сухомлинова, разнятся. С одного полюса выступает министр иностранных дел Сазонов - считавший его человеком поверхностным, виновным в неподготовленности армии, никудышным военным министром. Наиболее вероятных причин такой негативной оценки могло быть три. Либо она могла объясняться  вполне банальной завистью, которая зародилась из достаточно близких отношений Сухомлинова и Николая II (насколько вообще могли быть близки отношения между императором и подчиненным). Такая близость подтверждается воспоминаниями самого Сазонова: «когда же я излагал свое  мнение по поводу Сухомлинова Государю, тот отвечал, что у генерала множество завистников и всем обвинениям против Сухомлинова он не верит» .  Либо же Сазонов, понимая, что ответственность за неудачи в Первой мировой войне должна лечь на чьи-то плечи, решил обезопасить себя подобным образом. Либо мнение Сазонова было близко к истине.

С другой стороны мы видим несомненно положительную характеристику со стороны Ф. Редигера. Он характеризует Сухомлинова как человека способного, талантливого администратора, быстро схватывающего всякий вопрос. Это мнение следует подвергнуть сомнению, так как Редигер и Сухомлинов имели между собой достаточно хорошие приятельские отношения. Даже после нашумевшего скандала по поводу сожительницы Сухомлинова Редигер поддерживал с ним вполне дружеские отношения . В ходе судебного разбирательства по делу Сухомлинова Редигер отрицал приписываемые Владимиру Александровичу обвинения в растратах и в принятии неверных решений по поводу обеспечения армии.

Наиболее нейтральной является точка зрения М. Палеолога, который характеризуя Сухомлинова, отмечал как отрицательные, так и положительные его качества.

Как мы видим, Владимир Александрович представляется фигурой примечательной. С одной стороны, это человек умный и образованный, который проявил себя как на военном поприще, так и в государственной деятельности, хороший администратор, умеющий подбирать кадры. Но, вместе с этим, и человек, который был легкомысленным в отношении своих обязанностей и забот в качестве министра, довольствовался поверхностным успехом своих действий и распоряжений. Недостаток трудолюбия и усидчивости, крайний оптимизм и беспечность, которые были  присущи Сухомлинову, вредили его деятельности в качестве военного министра и возможно, именно они повлияли на формирование коалиции его противников. Не способствовали и популярности генерала Сухомлинова его «особые» отношения с Николаем II, что естественно вызывало зависть и злость со стороны не только высших сановников, но и членов императорской фамилии.


1.3. В.А. Сухомлинов и его окружение в годы управления министерством: проблема взаимоотношений


В большинстве источников личного происхождения, в которых хотя бы мельком упоминается судебный процесс над В.А. Сухомлиновым, явно прослеживается мнение о том, что сам процесс стал итогом грамотной политической интриги, начавшейся еще задолго до «провала» Владимира Александровича в качестве военного министра.

До назначения на эту должность В.А. Сухомлинов был начальником Генерального штаба (со 2 декабря 1908 года). На тот момент Главное управление Генерального штаба представляло собой самостоятельное ведомство, и, соответственно, его руководитель не подчинялся военному министру. Принимая должность начальника, он настоял на своём подчинении военному министру, считая необходимым единоначалие. В качестве начальника Генерального штаба Владимир Александрович занимался составлением новых мобилизационных планов.

11 марта 1909 года Владимир Александрович Сухомлинов занял пост военного министра. Новый министр был сторонником развития и использования новых видов военной техники. В годы его управления министерством были созданы военные автомобильные части и императорский военно-воздушный флот. В полках появились пулемётные команды, а в корпусах — авиаотряды. При В.А. Сухомлинове были расформированы резервные и крепостные войска, за счет чего были усилены полевые войска (число армейских корпусов выросло с 31 до 37). В 1911 году была создана, в качестве самостоятельного ведомства, военная контрразведка, а так же утверждены «Положение о контрразведывательных органах» и «Инструкция начальникам контрразведывательных органов» .

Военный министр достиг успехов на нескольких направлениях: усовершенствовал управление министерством, добился интеграции всех систем и органов военного управления; содействовал выходу армии из кризисного состояния, искоренению «маньчжурского синдрома» – деморализующих воспоминаниях о поражениях в войне с Японией; упорядочил довольствие и снабжение армии; активно использовал достижения технического прогресса для ее развития Важной реформой, проведенной министром, стало создание системы «скрытых кадров» – офицеров и солдат, которые с началом войны составляли ядро дополнительных пехотных батальонов, набиравшихся из резервистов. Это нововведение оказалось весьма удачным – в августе 1914 г. треть мобилизованной армии составили резервисты . В результате усилий Сухомлинова начала реализовываться программа подготовки армии к будущей большой европейской войне, которая предсказывалась экспертами. В 1910, 1913 и 1914 гг. были проведены программы перевооружения армии (в 1913 г. – дважды). За время управления Владимиром Александровичем военным министерством военный бюджет страны вырос на 33% . При В.А. Сухомлинове также возросло значение военной контрразведки.

Должность помощника военного министра при В.А. Сухомлинове занимал генерал А.А. Поливанов, заменённый в 1912 году на генерала А.П. Вернандера. На должность начальника Главного интендантского управления военным министром был приглашён генерал Д.С. Шуваев, который существенно улучшил снабжение армии всеми видами довольствия. Во время управления министерством В.А. Сухомлинов много ездил по стране, проверяя проведение пробных мобилизационных упражнений в разных частях .

6 декабря 1911 года Владимир Александрович Сухомлинов был введен императором в Государственный совет. Это явилось большим исключением из правил и новшеством, так как до него военные министры не входили в состав Государственного совета.

Не забудьте оформить заявку на наиболее популярные виды работ: